Многие из нас до сих пор оши­бочно вос­при­ни­мают вос­пита­ние как выправ­ле­ние пове­де­ния, дрес­суру. Эти уста­новки часто толкают в крайно­сти, их нужно менять в первую очередь.
Напри­мер, ребенок несколько часов про­си­дел в теле­фоне. Как мы обычно реа­ги­руем? Есте­ственно, эмо­ци­о­нально. Начи­наем кри­ти­ко­вать, нака­зы­вать. Но ничего от этого не меня­ется, а со вре­ме­нем мы при­хо­дим к непри­нятию и даже отвер­же­нию в соб­ствен­ной семье. Жизнь в такой среде пре­вра­ща­ется в непре­рыв­ный поток кри­ти­че­ских заме­ча­ний по поводу неправиль­ного вза­и­мо­действия с гаджетами, посте­пенно это отно­ше­ние рас­про­стра­ня­ется на все сферы дея­тель­но­сти. Как правило, мы сопро­во­ждаем это жалобами окру­жа­ю­щим людям, подроб­ными обсу­жде­ни­ями проблем и ввя­зы­ва­емся в «вос­пита­тель­ную борьбу» с самого раннего воз­раста.
Главное, с чего начи­на­ется циф­ро­вое вос­пита­ние, — это пони­ма­ние, что у взрос­лого больше знаний, спо­соб­но­стей кон­тро­ли­ро­вать свое пове­де­ние, а у ребенка этого опыта еще нет. Чтобы отойти от бес­ко­неч­ных кон­фликт­ных ситу­а­ций вокруг экран­ного времени, нужно учиться без­услов­ному при­нятию. Не оттал­ки­вать, не про­яв­лять агрес­сию, если ребенок не справ­ля­ется и вы видите чрез­мер­ный интерес к тех­ноло­гиям.
То, как будут раз­ви­ваться события, зависит только от вашей вос­пита­тель­ной модели.
Абсо­лютно у всех детей есть интерес к технике, и какие решения будут у них воз­ни­кать, зависит от струк­туры лич­но­сти, которая фор­ми­ру­ется в рамках кон­крет­ной семьи и среды.
Как мы встре­чаем людей, которые нам близки, действи­тельно дороги? С улыбкой, объ­яти­ями. А что с вами про­ис­хо­дит, когда вы видите свое чадо, третий час сидя­щего в гаджете? Это назы­ва­ется услов­ным при­нятием. И именно в этой точке обычно запус­ка­ются часто некон­тро­ли­ру­е­мые импуль­сив­ные попытки вос­пи­ты­вать.
Как быть?
Без­услов­ное при­нятие начи­на­ется с пони­ма­ния причины «плохого циф­ро­вого» пове­де­ния. То есть, если он/она три часа провел/а в теле­фоне, вместо бурной эмо­ци­о­наль­ной реакции мы вместе пыта­емся анали­зи­ро­вать ситу­а­цию.
Чем старше и созна­тель­ней ста­но­вится лич­ность, тем более слож­ного пони­ма­ния они от нас ждут. Это вну­трен­няя работа, которую должен сделать роди­тель — мой ребенок не обязан быть моей копией, у него другой харак­тер, воз­можно, другие инте­ресы, и да, планы на свою жизнь. А если вы все это не при­зна­ете, то со вре­ме­нем идет дистан­ци­ро­ва­ние, потеря эмо­ци­о­наль­ного кон­такта.
Никакой «циф­ро­вой дрес­суры». Циф­ро­вая адап­та­ция начи­на­ется с полного при­нятия и хороших, по нашему мнению, и «не очень» поступ­ков и инте­ре­сов. В общении должны пре­об­ла­дать эмо­ци­о­нально поло­жи­тель­ные выска­зы­ва­ния (одо­бре­ние, под­держка, сов­мест­ное обсу­жде­ние).


Пове­де­ние незре­лой лич­но­сти в кибер­среде напо­ми­нает ребенка, который попал в парк аттрак­ци­о­нов с без­лимит­ным тарифом.
Он/она выби­рает раз­вле­че­ния, которые хочет испы­тать, позна­ва­тель­ный интерес и потреб­ность в новых впе­чат­ле­ниях диктуют действия. Какие? Как правило, это некон­тро­ли­ру­е­мая реакция на новый стимул. Выбор оче­ред­ного впе­чат­ле­ния, который со вре­ме­нем ока­зы­вает влияние на лич­ность.
Воз­ни­кает резон­ный вопрос: «О каком при­нятии может идти речь?»
Очень важно раз­ве­сти по разным сто­ро­нам понятие лич­но­сти и циф­ро­вого пове­де­ния. И тогда выска­зы­вать про­блемные моменты, не затра­ги­вая само­ува­же­ния, в разы проще.
Нет необ­хо­ди­мо­сти подав­лять свое недо­воль­ство, нега­тив­ные эмоции в случае трех­ча­со­вого погру­же­ния в инфобас­сейн. Мы вполне можем обо­зна­чить про­блемную зону. Главное, не выра­жать осу­жде­ния ребен­ком в целом. Понятно?
Систе­ма­ти­че­ское недо­воль­ство циф­ро­вым пове­де­нием со вре­ме­нем пере­рас­тает в услов­ное эмо­ци­о­наль­ное при­нятие. То есть — ситу­а­ция, в которой сын или дочь должен(а) заслу­жить роди­тель­ское при­зна­ние.
В этом случае любовь роди­теля нужно зара­ба­ты­вать успе­хами, при­мер­ным пове­де­нием, выпол­не­нием тре­бо­ва­ний. Она высту­пает как награда, которая требует труда и ста­ра­ния. Как след­ствие, все циф­ро­вые инте­ресы не раз­де­ля­ются, не при­вет­ству­ются, и следом идет нака­за­ни­е‍—‍ли­ше­ние роди­тель­ской любви. Подоб­ная вос­пита­тель­ная модель про­во­ци­рует тревогу и неуве­рен­ность. Лич­ность раз­ди­рает между циф­ро­выми инте­ре­сами и угрозой отсут­ствия душев­ного тепла.
При­нятие своего ребенка начи­на­ется с эмо­ци­о­наль­ной бли­зо­сти вне зави­си­мо­сти от пове­де­ния: «Я люблю тебя любым. И со смарт­фо­ном. И с плохим пове­де­нием».
Задача — снижать так назы­ва­е­мое амби­ва­лент­ное отно­ше­ние, когда нас самих качает от пози­тив­ных чувств к нега­тив­ным. Другими словами, я про­яв­ляю сим­па­тию, когда ты сле­ду­ешь прави­лам, и анти­па­тию, — когда, напри­мер, сидишь в теле­фоне. А дальше роди­тель отходит на эмо­ци­о­наль­ную дистан­цию.
Гра­мот­ное циф­ро­вое вос­пита­ние начи­на­ется с четкого пони­ма­ния своей роди­тель­ской позиции:
→ полное эмо­ци­о­наль­ное при­нятие любых циф­ро­вых про­яв­ле­ний (что и как бы он/она ни сделал, я не имею права угро­жать потерей любви); про­яв­ле­ние эмпатии, при­нятие причин, в том числе эмо­ци­о­наль­ных, которые привели к этим действиям;
→ можно осу­ждать пове­де­ние, но не чувства, а если они воз­никли, то этому есть осно­ва­ние;
→ раз­де­ле­ние лич­но­сти ребенка и циф­ро­вого пове­де­ния;
→ лич­ность мы без­условно любим и при­ни­маем, а над пове­де­нием после­до­ва­тельно рабо­таем; недо­воль­ство не должно быть посто­ян­ным.


Созна­тельно или нет, но часто мы отводим каждому ребенку опре­де­лен­ное место.
Напри­мер, старший испол­няет роль лидера, который отве­чает за младших. На нем всегда больше задач, больше ответ­ствен­но­сти. Инте­ресно, как только в семье появ­ля­ется второй ребенок, то даже трех-четы­рех­лет­ний уже пере­хо­дит в статус стар­шего. У него ведущая дея­тель­ность— игра, но вдоба­вок появ­ля­ются обя­зан­но­сти от взрос­лых—­надо помо­гать маме и малень­кому. Эти дети уже во взрос­лом воз­ра­сте охотно берут на себя роль опекуна — при­вычка, выра­бо­тан­ная с детства.
В свою очередь, младшие всегда опре­де­ля­ются как менее спо­соб­ные, они чаще ста­но­вятся любим­чи­ками. Им уде­ля­ется больше вни­ма­ния и про­яв­ля­ется больше заботы. Им больше про­ща­ется. Роди­тель­ских сил, как правило, оста­ется меньше, поэтому на что-то закры­ва­ются глаза.
Другими словами, в семей­ной системе детям с детства по умол­ча­нию отво­дится какая-то роль. Главное, чтобы она не была деструк­тив­ной, потому что среда фор­ми­рует пси­холо­ги­че­ские харак­те­ри­стики лич­но­сти и харак­тер в целом. Увле­че­ние гаджетами всегда можно пре­под­не­сти в совер­шенно разных плос­ко­стях. Как след­ствие, вы полу­чите и разное пове­де­ние в даль­нейшем. Напри­мер, мама, которая посто­янно при­людно жалу­ется, что кроме теле­фона ее школь­нику ничего больше не инте­ресно. Вот так она сама у себя в голове ему эту роль и пове­сила.
А дальше, как гово­рится: полу­чите, распи­ши­тесь. Даже в ситу­а­ции, когда наблю­да­ется серьез­ное увле­че­ние, пере­хо­дя­щее в вовле­че­ние, нельзя вешать ярлыки. Надо пони­мать, что вы просто жалу­етесь окру­жа­ю­щим, ставя себя в позицию жертвы, чтобы вам посо­чув­ство­вали. Но это не дает кор­рек­ции пове­де­ния.
Как правиль­ней? Парал­лельно с изме­не­ни­ями отно­ситься к ребенку как к лич­но­сти, у которой супер­спо­соб­но­сти в ІТ-сфере. А дальше, вместо ярлыка «ничего не инте­ресно»—помощь в раз­ви­тии в этой области с пере­хо­дом в про­фори­ен­та­цию.
Напри­мер: «Он/она настолько круто раз­би­ра­ется в тех­ноло­гиях, что в ІТ-сфере, навер­ное, будет рабо­тать. Уже больше меня знает».
Посмотрите, насколько разную про­грамму задает взрос­лый просто мыслями и словами. И очень важно с этим разо­браться, а не вешать циф­ро­вые ярлыки, как мы при­выкли это делать в своей семье.
Среда фор­ми­рует пси­холо­ги­че­ские харак­те­ри­стики.
Любое про­яв­ле­ние деви­ант­ного пове­де­ния в целом и циф­ро­вых проблем в част­но­сти часто при­во­дит к тому, что ребенок чув­ствует себя «вытес­нен­ным» из своей же семьи.
Самое попу­ляр­ное пред­став­ле­ние, которое суще­ствует, навер­ное, у каждого из нас в кон­тексте циф­ро­вого вос­пита­ния — это ярлык и обидные выска­зы­ва­ния, такие как «циф­ро­вой неумеха» — в роди­тель­ских отно­ше­ниях при­сут­ствует стрем­ле­ние инфан­ти­ли­зи­ро­вать ребенка, при­пи­сать ему личную и соци­аль­ную несо­сто­я­тель­ность. В соб­ствен­ных глазах мы пред­став­ляем сына/дочь непри­спо­соб­лен­ным и пол­но­стью откры­тым для дурных влияний инфо­поля. Такая стра­те­гия, может, и рабо­тает до 5-6 лет, когда огра­ни­че­ния — наи­луч­ший способ, но далее, осо­бенно с под­рост­ком — нет.
Уста­новка, которая толкает к действиям: «Он без меня наво­ротит глу­по­стей, не справится». Поэтому взрос­лый всеми силами ста­ра­ется огра­дить от труд­но­стей, от воз­мож­ных проблем и, как след­ствие, кон­тро­ли­рует каждый шаг в циф­ро­вом про­стран­стве.
С позиции циф­ро­вого лузера, который не справ­ля­ется с вле­че­нием, необ­хо­димо акцен­ти­ро­вать вни­ма­ние на лич­но­сти, которая инте­ре­су­ется совре­мен­ными тех­ноло­ги­ями, и при­вле­кать ресурсы для раз­ви­тия навыков и спо­соб­но­стей в этой сфере. Об этом мы пого­во­рим дальше.
В семей­ной пси­холо­гии также выде­ляют сле­ду­ю­щие дис­гар­мо­нич­ные ярлыки, которые мы вешаем на своих детей:
→ «Козел отпу­ще­ния» — когда супру­же­ские про­блемы пере­хо­дят на ребенка. Он явля­ется мол­ние­от­во­дом эмоций роди­те­лей, которые они на самом деле испы­ты­вают друг к другу.
→ «Любим­чик» — когда роди­тели не испы­ты­вают друг к другу никаких чувств, а эмо­ци­о­наль­ный вакуум запол­ня­ется пре­уве­ли­чен­ной заботой и гипер­лю­бо­вью к младшим.
→ «Бэби»—он отдален от роди­те­лей и как бы вытес­ня­ется из решения повсе­днев­ных проблем, потому что ему раз и нав­се­гда пред­пи­сано быть малышом.
→ «Прими­ри­тель» — когда ребенок с самого раннего детства вклю­ча­ется в раз­ре­ше­ние супру­же­ских кон­флик­тов, занимая место регу­ля­тора в тех спорах, в которых вообще не должен при­ни­мать участия. Такой ярлык часто при­сут­ствует у пар в стадии бра­ко­раз­вод­ного про­цесса.
Свое­вре­мен­ное выяв­ле­ние пато­ген­ных ролей, которые мы вешаем на своих детей, поможет им выйти из задан­ного сце­на­рия. Поду­майте над этим при­ме­ни­тельно к циф­ро­вым ярлыкам.


Стилей пове­де­ния роди­те­лей с ребен­ком бес­ко­нечно много. Это уни­каль­ный набор пере­мен­ных, которые влияют на пове­де­ние, раз­ви­тие лич­но­сти. Прежде чем вообще ввя­зы­ваться в вос­пита­тель­ный процесс, стоит про­пу­стить через фильтр свои педа­го­ги­че­ские приемы и выки­нуть за борт то, что нере­ально, неэф­фек­тивно.
Нет уни­вер­саль­ных рецеп­тов, каждая семья инди­ви­ду­альна. Но есть опре­де­лен­ные ошибки, которых лучше вообще избе­гать. Одна из них — так назы­ва­е­мый «запрети­тель­ный стиль»: «не сиди в теле­фоне»; «не смей общаться с незна­ком­цами»; «не нажимай на непо­нят­ные ссылки»; «не вступай в группы»; «не пере­да­вай данные». Даже если у ребенка есть при­ви­ле­гия в виде экран­ного времени, ему посто­янно напо­ми­нают, что нельзя сидеть в теле­фоне долго, нельзя смотреть иди­от­ский контент, нельзя общаться, нельзя прак­ти­че­ски все.
Абсо­лютно точно суще­ствуют правила, которые необ­хо­димо усвоить в рамках вза­и­мо­действия с инфо­по­лем. Но цель — немного под­кор­рек­ти­ро­вать способ подачи этой инфор­ма­ции, т. к. посто­янно делать акцент на то, что делать нельзя — это не самый эффек­тив­ный способ. Ребенку нужно пере­да­вать правила эколо­гич­ного пове­де­ния в Сети. И, есте­ственно, он должен знать об опас­но­стях, с кото­рыми есть риск столк­нуться. Но пси­холо­ги­че­ски надо подать инфор­ма­цию так, чтобы она не вызы­вала оттор­же­ния, тогда она легче усва­и­ва­ется. А подача сверху через посто­ян­ное «нельзя» вызы­вает нега­тив­ную реакцию и не при­ни­ма­ется под­рост­ком.
Вариант, аль­тер­на­тив­ный посто­ян­ным запретам, выгля­дит сле­ду­ю­щим образом.
→ Мы вместе с ребен­ком обсу­ждаем что, как и почему надо делать в циф­ро­вом про­стран­стве. И что, и почему лучше не делать, потому что есть высокий риск столк­нуться с какой-либо про­бле­мой. Напри­мер, от запрета, который вызы­вает лишь интерес про­те­сти­ро­вать границы «нельзя», мы пере­хо­дим к разъ­яс­не­нию целост­ной картины, вернее — пони­ма­нию сути про­цесса.
→ Мы учим необ­хо­ди­мому пове­де­нию через осо­зна­ние лич­но­стью послед­ствий. Фразу «нельзя пере­да­вать чужим людям личные данные» меняем на «в Сети есть мошен­ники, их цель — завла­деть личными данными, исполь­зо­вать их в своих целях, обма­нуть. Напри­мер, они воруют данные бан­ков­ских карт, инди­ви­ду­аль­ный код, ну а дальше— обну­ляют счет».
Хотим мы этого или нет, но детская лич­ность все равно будет при­ни­мать само­сто­я­тель­ные решения, как правило, уже без нас. И вместо оттор­же­ния, которое вызы­вают посто­ян­ные запреты, нужно встра­и­вать под каждую воз­мож­ную про­блему алго­ритм, по кото­рому ваш ребенок будет совер­шать выбор. Наша цель, чтобы он (выбор) был более осо­знан­ный, то есть не назло маме «отмо­рожу уши», а понимаю сам: «если буду вза­и­мо­действо­вать с чужим чело­ве­ком, то могу столк­нуться с мошен­ни­ком; если буду пере­да­вать номер карты, то могу обну­лить счет».
Надо пони­мать, что сын или дочь не всегда сможет пред­ви­деть про­блему и гра­мотно ее раз­ре­шить. В этом случае первый человек, к кото­рому он обра­ща­ется, должен быть зна­чи­мый взрос­лый.
Но в случае, когда в семье пре­об­ла­дает запрети­тель­ный стиль, чувство страха не поз­во­ляет это сделать, потому что ребенок знает, что вместо помощи, под­держки, аде­кват­ного решения он получит нака­за­ние, при­прав­лен­ное эмо­ци­ями реак­ци­он­ного вос­пита­теля и словами: «Я же говорил/гово­рила, что нельзя!!!»
Что важно?
→ Ребенок не обязан быть моей копией, у него другой харак­тер, воз­можно, другие инте­ресы и планы на свою жизнь.
→ Миними­зи­руйте кон­фликты вокруг экран­ного времени. Для этого доста­точно раз­де­лить лич­ность, которую мы любим и при­ни­маем, и циф­ро­вое пове­де­ние, которое вместе анали­зи­руем и о неболь­ших изме­не­ниях кото­рого дого­ва­ри­ва­емся. Хвалите за каждый созна­тель­ный посту­пок.
→ Избе­гайте обидных ярлыков.
Что я пла­ни­рую сделать?
→ При­ни­маю ли я циф­ро­вые инте­ресы сына или дочери?
→ Как часто исполь­зую запрети­тель­ный стиль?
→ Как изме­нить общение, раз­де­лив лич­ность и пове­де­ние? Как пере­стро­ить диалоги, которые пре­вра­ща­ются в спор, а потом в ругань?
→ Что меня раз­дра­жает больше всего? Воз­можно, это каче­ство я не при­ни­маю в себе?

Как только раз­го­вор заходит об экран­ном времени, то мы мгно­венно сосре­до­та­чи­ва­емся, входим как бы в обо­ро­ни­тель­ную позицию. Так и есть, нор­маль­ный роди­тель хочет огра­дить своего ребенка от всего плохого: под­ставить зонтик, чтобы защи­тить от ливня инфо­волны посред­ствен­ного каче­ства.
Да и никто не отменял утвер­жде­ние — мусор на входе, мусор на выходе (циф­ро­вой). Но, пред­при­ни­мая какие-либо вос­пита­тель­ные усилия, мы рано или поздно стал­ки­ва­емся с про­бле­мой — ребенок всеми силами сопротив­ля­ется и из-под зонтика нашей защиты начи­нает убегать.
Но не тут-то было, говорим мы. «Я знаю, что тебе лучше!» — и раз­во­ра­чи­ваем «шатер», чтоб навер­няка. Такой подход не сильно эффек­ти­вен, а главное — создает зону напря­же­ния, причем очень серьез­ную. И малень­кий зонтик заботы пере­рас­тает в желе­зо­бетон­ную плиту дав­ле­ния, под гнетом кото­рого фор­ми­ру­ется пси­хи­че­ская система.
Вслед­ствие этого един­ствен­ное желание, со вре­ме­нем транс­фор­ми­ру­ю­ще­еся в миссию и цель всей жизни, — вырваться из-под роди­тель­ского гнета. Никому не нравится чув­ство­вать себя рабом, хочется быть хозя­и­ном поло­же­ния. Отсюда и ранние браки, и упо­треб­ле­ние ПАВ, и другие реакции. Если посмотреть стра­те­ги­че­ски, разве в этом ваша педа­го­ги­че­ская цель?
Нам нужно понять, что у ребенка 6-7+ уже есть воля. Он спо­со­бен что-то решать за себя само­сто­я­тельно и учиться брать за это ответ­ствен­ность, тем самым уве­ли­чи­вая зна­чи­мость в соб­ствен­ных глазах. Да, он еще не очень-то это умеет и каждый день откры­вает в себе что-то новое. Но для этого роди­тель и есть рядом, чтобы спо­койно объ­яс­нить, пере­дать суть вещей — без напря­же­ния, дав­ле­ния и бес­ко­неч­ных истерик.
Когда мы обо­зна­чили какую-то часть в картине циф­ро­вого мира, логично оставить лич­ность пере­ва­рить инфор­ма­цию, не тре­бо­вать мгно­вен­ных действий. Напри­мер, моему ребенку можно до уроков поси­деть в теле­фоне (все равно все сидят), но главная цель — это отло­жить экран и мак­си­мально сосре­до­то­читься на задаче, учиться держать кон­цен­тра­цию, ста­раться мак­си­мально вос­при­ни­мать мате­риал, следить за собой, если вни­ма­ние улетает в дальние дали.
Не сливать энергию на бес­ко­неч­ное бур­ле­ние, что все в теле­фо­нах, а после­до­ва­тельно обсу­ждать, где сосре­до­то­читься полу­чи­лось, а где нет, и как это отра­зи­лось на резуль­тате.
Да, у сына есть экранка, но основ­ное вни­ма­ние вообще не на ней. А на том, что полу­ча­ется, чему уже удалось научиться, а где еще зона роста само­сто­я­тель­но­сти и ответ­ствен­но­сти за свой выбор. И, несмотря на при­сут­ствие инфо­поля, лич­ность при­ни­мает здравые решения, учится рас­став­лять при­о­ри­теты: когда делать уроки, когда отды­хать и рас­слаб­ляться. Есте­ственно, меха­низм кон­троля также есть, но опять же, без напря­же­ния — просто спо­койно обсу­ждаем, какие решения были приняты сегодня в течение дня, что было сделано, что поме­шало.
Напри­мер, спо­койным тоном мы рас­ска­зы­ваем о том, что в Сети так же, как и на улице, могут встретиться незна­комцы. Они могут быть мошен­ни­ками, пре­ступ­ни­ками, иметь свои цели, пытаться подру­житься, поэтому безого­во­рочно дове­рять не стоит.
Если в семье более-менее дове­ри­тель­ные отно­ше­ния, то ребенок усвоит инфор­ма­цию нав­се­гда. А дальше, столк­нув­шись с подоб­ной ситу­а­цией, его/ее мозг «под­гру­зит» этот раз­го­вор. В конеч­ном итоге, главное, о чем стоит думать‍—‍ка­кон/она будет действо­вать, когда меня не будет рядом? Каким опытом руко­вод­ство­ваться?
Мы уже обсу­дили, что дети не обла­дают инфор­ма­цией по гра­мот­ному пове­де­нию в инфо­про­стран­стве. Они не умеют управ­лять ресур­сом вни­ма­ния. Этот навык выра­ба­ты­ва­ется со вре­ме­нем и только при общении со взрос­лым.
Мы не сможем всю жизнь бегать с зон­ти­ком, огра­ни­чи­вая волю взрос­ле­ю­щей лич­но­сти. А пере­дать как можно больше файлов о циф­ро­вом мире, которые помогут в даль­нейшем при­ни­мать гра­мот­ные решения,— вполне. Поэтому, если в оче­ред­ной раз мы видим ребенка, пяля­ще­гося в телефон, то не нужно созда­вать зону напря­жен­но­сти. Ваши эмо­ци­о­наль­ные реакции особого эффекта не дают. Это типич­ное реак­ци­он­ное, авто­ма­ти­че­ское вос­пита­ние. Пойдите, побейте грушу, это лучше, чем вывали­вать пси­хо­му­сор на младших. Нужно в первую очередь снять напря­же­ние, потому что мы пере­даем это детям. А они это состо­я­ние пре­красно чув­ствуют и накап­ли­вают.
Много страха там, где взрос­лый сам не раз­би­ра­ется, как ему действо­вать. Надо пони­мать, какие эффек­тив­ные шаги пред­при­ни­мать, чтобы не уходить в эска­ла­цию кон­фликта. Но часто мы с собой не справ­ля­емся и пере­хо­дим на сле­ду­ю­щий уровень — в состо­я­ние тревоги.