• Ребенок хочет сделать что-то сам и сер­дится, что мама или папа заби­рают у него что-либо.
• Ребенок хочет чего-то осо­бен­ного, но мама не пони­мает, что ему нужно, потому что он еще недо­ста­точно хорошо умеет гово­рить.
• Ребенок не хочет делать что-то, но роди­тели наста­и­вают на этом.
• Ребенок хочет что-то сделать само­сто­я­тельно, но у него не полу­ча­ется так, как хочется.
• Ребенок берет что-то в руки, но вещь по недо­смотру лома­ется.
• Ребенок думает, что мать не хочет давать ему жела­е­мый им предмет, и начи­нает плакать еще до того, как она заго­во­рит об этом (это осо­бенно сложные случаи).
• Ребенок думает, что роди­тели спе­ци­ально делают что-то неправильно или не так, как он хочет.

Когда моим дочерям было 2,5 года, у них были стек­лян­ные стаканы, из которых они пили. Как-то Хелена уронила свой стакан и разбила его, поэтому справед­ли­во­сти ради я поставила на стол за ужином два других оди­на­ко­вых стакана, немного меньше пре­ды­ду­щих. Когда я подошла к столу, Кар­лотта, чей прежний стакан остался целым и невре­ди­мым, начала капризно кричать: «Еще! Еще!» Я сказала: «Кар­лотта, стакан полон до краев, правда? Я не могу налить в него еще». Но девочка ста­но­ви­лась все бес­по­койнее, дер­га­лась и про­дол­жала кричать: «Нет, нет! Еще, еще!» Она уже могла гово­рить целыми пред­ло­же­ни­ями, однако была так взбу­до­ра­жена, что из ее рта вылетали только отдель­ные слова. Ее когни­тив­ный мозг, его созна­тель­ная часть, где нахо­дился речевой центр, был бло­ки­ро­ван нервным воз­бу­жде­нием. Я ответила: «Ты полу­чишь еще сока, но сначала выпей этот!» И тогда она при­ня­лась рыдать. Поэтому я стала опре­де­лять ее состо­я­ние, сначала наугад, потому что не знала, чего она хочет от меня: «Ты хочешь еще! Ты гово­ришь: дай мне стакан побольше!» И тут меня осенило: «Другой стакан! Ты хочешь  полу­чить другой, свой стакан!» На лице моей дочери про­яви­лось облег­че­ние от того, что ее наконец поняли, и она ответила: «Да, другой стакан». Она хотела полу­чить свой старый стакан — это понятно. Я считала, что оба ребенка должны пить из оди­на­ко­вых бокалов, но моим дочерям так не каза­лось. Поскольку я сначала думала не в том направ­ле­нии, а Кар­лотта хотела сооб­щить мне об этом, она раз­ре­ве­лась. Когда же я наконец все поняла, мы вер­ну­лись к диалогу, и девочка смогла успо­ко­иться. Недо­по­ни­ма­ние причин гнева моих детей слу­ча­лось довольно часто, и чем больше таких ситу­а­ций мы пережи­вали вместе, тем легче нам ста­но­ви­лось, потому что я лучше узна­вала дочерей. Как и в их мла­ден­че­стве, когда я училась пони­мать причину плача, теперь я дога­ды­ва­лась о при­чи­нах гнева, чтобы либо под­дер­жать и утешить детей при неиз­беж­но­сти и необра­ти­мо­сти слу­чив­ше­гося, либо найти ком­про­мисс.

Когда ребенок устал, до него нельзя досту­чаться ника­кими сред­ствами. Мы, роди­тели, можем гово­рить с ним, пока у нас язык не отсох­нет, но он будет буше­вать дальше. Тут есть только одно решение: уложить его в кровать и лечь рядом с ним.

После первого года жизни у детей начи­на­ются свое­об­разные скачки в раз­ви­тии. Их про­дол­жи­тель­ность и коли­че­ство фаз у каждого свои, поэтому сложно вывести систему или выявить какую-то пери­о­дич­ность, как пред­ла­гают авторы книги «Каприз­ни­чает? Значит, раз­ви­ва­ется!» (Хетти Ван­де­рейт и Франс Плой).
При­мерно раз в месяц у детей слу­ча­ются так назы­ва­е­мые дни грома (или «дни гнева»), когда они с утра до вечера скан­да­лят и каприз­ни­чают, а вспышки ярости следуют одна за другой. Уже утром ребенок, против обык­но­ве­ния, про­сы­па­ется без радост­ного лепета, а сразу начи­нает ныть и плакать. Первый приступ гнева воз­ни­кает при чистке зубов, потому что паста не так выдав­ли­ва­ется из тюбика, потом любимые гольфы ока­зы­ва­ются слишком колючими и не хотят наде­ваться, а за зав­тра­ком про­ис­хо­дит насто­я­щий нервный срыв, потому что молоко слишком белое/горячее/холод­ное и так далее. Как только ребенка удается вывести из одного кризиса, на ровном месте вспы­хи­вает новый при­па­док гнева. Инте­ресно, что дети в такие дни выдви­гают по большей части абсо­лютно абсурд­ные тре­бо­ва­ния или выходят из себя из-за таких вещей, к которым обычно отно­сятся терпимо. Лутц (26 лет) рас­ска­зы­вает об одном таком дне из жизни своего сына Ларса (3 года).

«Обычно он послуш­ный мальчик, но в то утро с самого про­бу­жде­ния нахо­дился в плохом настро­е­нии. Поскольку его под­гуз­ник был полон, я пере­одел сына с его согла­сия. Однако, когда я выбро­сил грязный памперс в мусор­ное ведро, Ларс вышел из себя. Он хотел непре­менно выта­щить его. Именно этот свой грязный и вонючий под­гуз­ник он хотел полу­чить обратно! Я был просто потря­сен этим абсурд­ным тре­бо­ва­нием. Ларс кричал и дрался со мной, стре­мясь выпол­нить свое наме­ре­ние. Он рвался поднять крышку ведра и выта­щить оттуда свой грязный памперс. Прошла целая веч­ность, прежде чем мне удалось отго­во­рить его от этого. Он громко ревел, пока не выбился из сил. Осталь­ной день прошел в том же духе. Мальчик посто­янно выдви­гал дикие тре­бо­ва­ния, которые было невоз­можно выпол­нить, даже если бы мне этого хоте­лось. Напри­мер, когда ока­за­лось, что магазин моро­же­ного закрыт на зимние кани­кулы, Ларс подошел к двери и стал колотить в нее как сума­сшедший, потому что ему хоте­лось немед­ленно полу­чить порцию клуб­нич­ного моро­же­ного. Я пред­ло­жил купить в киоске по сосед­ству пачку раз­вес­ного моро­же­ного, но он отка­зался. Он тре­бо­вал именно то клуб­нич­ное моро­же­ное, которое про­да­вали в закры­том мага­зине. Это был неве­ро­ятно напря­жен­ный день, который я не скоро забуду. Моего сына будто под­ме­нили».

Роди­те­лям при­хо­дится нелегко в такие «дни грома». У нас появ­ля­ется чувство, будто дети наме­ренно доводят нас до белого каления, чтобы вызвать у себя взрыв эмоций. Веро­ятно, это действи­тельно так, потому что в эти дни в их мозге про­ис­хо­дит фор­ми­ро­ва­ние новых нейрон­ных связей и своего рода очистка жест­кого диска, как в ком­пью­тере. После таких скачков дети чув­ствуют себя как ново­ро­жден­ные мла­денцы и точно так же реа­ги­руют на раз­лич­ные жиз­нен­ные перипетии — плачем, ревом и вспыш­ками гнева. Они как будто ска­ты­ва­ются на несколько сту­пе­ней в раз­ви­тии. Даже в ситу­а­циях, когда они готовы на ком­про­мисс, чтобы избе­жать ссоры, они будут про­дол­жать воевать, если, напри­мер, другой ребенок захочет отнять у них игрушку.
Чтобы избавиться от этого стран­ного чувства, дети начи­нают непред­на­ме­ренно скан­далить, чтобы через плач и нервный срыв сбро­сить нервное напря­же­ние. Тогда непри­ят­ное чувство про­па­дает, по крайней мере на какое-то время, а роди­тели выпол­няют роль гро­мо­от­вода. В «дни грома» мы можем только быть рядом с ребен­ком и помо­гать ему пережить сложный период с уча­стием и сочув­ствием, даже если нам это дается тяжело. Условно эффек­тив­ное сред­ство — обра­щаться с малышом так нежно, чтобы он не взры­вался и не скан­далил. Но полез­нее спо­койно и твердо защи­щать свои границы и дать ребенку воз­мож­ность плакать и буйство­вать, сколько ему угодно. Такие скачки в раз­ви­тии и «дни грома» про­дол­жа­ются не дольше трех суток. Мы, роди­тели, должны не сда­ваться и мысленно дер­жаться на плаву: ведь небла­го­при­ят­ный период скоро пройдет.

Иногда «отзер­кали­ва­ние» пона­чалу рабо­тает пре­красно, и дети зати­хают в наших объ­ятиях, но через минуту снова взры­ва­ются и про­дол­жают каприз­ни­чать и скан­далить. Это раз­дра­жает взрос­лых и вызы­вает у них силь­нейшую фрустра­цию: ведь удача была так близко, ребенок почти успо­ко­ился, и вдруг все нача­лось по новой. Здесь полезно знать, что дети исполь­зуют любую воз­мож­ность пере­ра­бо­тать, пере­ва­рить пост­фак­тум старые обиды, боль, разоча­ро­ва­ния в под­хо­дя­щих ситу­а­циях. Когда они заме­чают, что кто-то искренне сочув­ствует им, при­ни­мает их гнев и грусть без «если» и «но», то в этот момент уси­ли­ва­ется их старая эмо­ци­о­наль­ная боль, которую они не смогли пере­ра­бо­тать и осмы­слить. Они пережи­вают ее заново в объ­ятиях близких людей 1. Взрос­лые посту­пят правильно, если не будут реа­ги­ро­вать на подоб­ные поступки оттор­же­нием и отве­чать на них любимой фразой: «Ну ладно, хватит...», а встанут на сторону ребенка и попы­та­ются утешить его. Выпла­кав­шись, ребенок будет хоть и утомлен, но очень счаст­лив.